Автор Доктор Праути » 08 авг 2015, 02:31
Впервые пишу о книге, не дочитав ее до конца. На то есть объективные причины: во-первых, с такими перерывами на "обед", где кашеварит zaa, думаю, я еще не скоро доберусь до конца истории, а во-вторых, после 1/3 книги стало ясно, что не надо беспокоится за судьбу оставшегося - мастерство автора никуда не делось. Как всегда - всё обстоятельно, всё на месте, всё светится и интригует.
1720 год. Англия. После обвала фондовой биржи, сладкая жизнь у многих лондонцев закончилась. Начался ужастик "Банды Лондона". Бенджамин Уивер, наученный горьким опытом, опять попал в мясорубку. Его услуги востребованы снова - клиенту нужно разыскать автора угрожающих писем. Замешана грязная политика. Клиент необычный, но и автор, похоже, не просто грамотный кляузник, а целая организация, соперничающая по могуществу и влиянию с Уайльдом. Уайльд протягивает Уиверу будто бы руку помощи… Действие скачет, всё время выхватывая эпизоды из жизни Уивера, не всегда последовательные. Но потом всё устаканилось.
Немного политинформации. Две партии, тори и виги, ведут беспощадную борьбу за избирателя в преддверии выборов, новой семилетней парламентской сессии. Борьба разворачивается на фоне еще одной борьбы — за престол. На троне сидит немецкий хлыщ, а Претендент, сын изгнанника, английского помазанника Якова II, ищет пути возвращения короны. Церковь поддерживает тори — консерваторов, зовущих к возвращению славных хлебных времен, когда был порядок, работник сыт, а хозяин доволен, тори ставят превыше всего доход с труда, с земли. В принципе тори ратуют за старого короля, чем подыгрывают якобитам. Виги пропагандируют реформы и свободы, виги за новые деньги - доходы с биржевых операций. Докеры в портах сражаются со штрейкбрехерами и новыми докерами, которые постоянно демпингуют. Торгуют не только табаком и кофе, в товарооборот поступают производственные отношения, революционные ситуации, митинги, забастовки и политические прогнозы. Электорат видоизменяется, люди встают уже не под знамя какого-нибудь "башмака", а под развевающиеся флаги реальных баррикад - преступного мира, церквей, королевских дворов, профессиональных союзов и финансовых корпораций.
Бенджамин Уивер уже не тот реактивный фехтовальщик и мастер рукопашного боя, что-то прибавилось и в голове. Уивер научился анализировать события, предугадывать последствия, читать факты, сохраняя хладнокровие. Если еще год назад он мог запороть невероятные усилия тем, что не совал носа в чужой эпистолярий, то теперь конфиденциальность и экстерриториальность — не помеха. Он стал первым в Лондоне частным сыщиком, который предстал перед судом присяжных подсудимым и адвокатом в одном лице. Маленькие исторические справки, которые я очень люблю — в тем времена обвиняемых защищал судья, адвокатов не было; совершенно легально существовали маклеры, покупающие и продающие свидетельские показания.
Но как ни защищался Уивер с помощью отвлеченного метода Гордона, прекрасная теория вероятности Паскаля мало чем помогла в суде, где публика бросает объедки прямо на пол - его признали виновным в нападении на Уолтера Йейта, лидера новых докеров, которое закончилось убийством. Спасая жизнь, Уивер бежит из тюрьмы благодаря передачке от прекрасной незнакомки. Подробности побега комментировать не стану, это фантастика…
Сразу же не согласен с Беном по поводу его мыслей вокруг предыдущего, "бумажного" дела. Пусть не обольщается. Помог ему там не Гордон. Гордон в основном развлекался с девками и неумело торговался. О теории лабиринта Уиверу в более зловещей обстановке и более жестко поведал совсем другой человек, знающий кухню изнутри. Пришли на помощь и другие, компетентные в теневой экономике, люди. Адельман, Лоэнцо, Уайльд, Блотвейт — четыре центра притяжения. Но вся эта ажурная "экономическая музыка" — в прошлом, как те цветочки, как легкая кавалерия перед выступлением гоплитов.
Элиас Гордон, талант и личность которого наконец-то развиваются от деградирующего поэта к прагматичному советчику, по-настоящему Уиверу помогает именно здесь, поскольку политика и подковерные игры - стихия Гордона. На наших глазах зреет вещь посильнее фауст-патронов - политический детектив.
В принципе дальнейшие комментарии к этой книге излишни. Она уже сейчас, на этапе разгона, так же хороша, как и первая книга.
Укрепилась серия и жизнерадостным, поднимающим настроение, прежде всего Уиверу, юмором.
"А как же застольные беседы?" — на ухо спрашивает Мессир. Застольные беседы и в "Заговоре бумаг", и здесь — просто праздник какой-то. Особенно еврейские застольные беседы. Я всегда говорю — вот где нужно черпать характер народа. Застольные беседы, как и голос улиц — живая тетрадь.
Дочитал. Подтверждаю — неплохой исторический экскурс с детективной интригой. Есть и "что-то в духе Дюма…" — как сказал бы Хатчинсон Хэтч. Принципиальный минус — повторяемость приемов. Ближе к концу подумалось, что Бенджамин Уивер, как литературный герой, себя исчерпал. Но уже в самом конце понял — нет, у него ого-го какой потенциал. Ведь он почти не пользуется маленькими серыми клеточками… Помогают ему, в основном, те силы, которые помогают "за красивые глаза". К тому же, исторический детектив не должен быть детективом современным, когда порой роль следователя ложится на плечи читателя, а главный герой периодически где-то пропадает.
В Англии галантный век — диктатура демократии. Выборы в парламент проходят по новой схеме — срок между выборами увеличился до семи лет, а это означает, что борьба за единственное место в центральном округе Вестминстер будет вестись не на жизнь, а на смерть. Семь лет — огромный срок для страны, где непонятно: кому верить, чего ждать, какие деньги и какие короли правят… Сама процедура проходят не один день, как сейчас, а месяцы…
Табак — новый король продаж! Кто владеет монополией на этот высоколиквидный товар, тот владеет Лондоном и устанавливает свой порядок на улицах. Бандитов днем с огнем не сыщешь, зато есть более крутые ребята — докеры. В очередной стычке убивают главаря одной из бригад. Убийство вешают на Уивера, который в это время работал в порту под прикрытием. После побега из камеры смертников Уивер оказался вне закона. За его голову назначена награда в 150 фунтов. На помощь приходит старый джинн - Элиас Гордон предлагает дерзкий план и пробуждает в Уивере актерские способности.
Тем временем в Лондоне объявляется некий Мэтью Эванс, плантатор с Ямайки, ищущий связей в политических партиях. Но подданный владычицы морей желает стоять над схваткой - кто этому может помешать в свободной стране с равными правами? Эванс расположил к себе общество, его независимая позиция нашла поддержку в газетах, влияние которых растет не по дням, а по часам. Эванс как будто прибыл с другой планеты — вокруг него гудит и кружится свет, гадая насколько богат этот незнакомец, какие преследует цели и в чем состоит его миссия в Лондоне?
Один из работодателей, акула табачного бизнеса и хозяин банд грузчиков, могущественный и недоверчивый Деннис Догмилл, пишет несколько запросов в Вест-Индию с целью навести справки об Эвансе, и вскоре к тому заявляются незваные гости.
Бенджамин Уивер не потерялся. Он занят поиском Истинного Убийцы, даже если озабочен всего лишь пропавшими часиками одной дамы. Он ищет ответы. Кому выгодна смерть какого-то грязнули-докера? Человеку, который тайно посещает его вдову, или человеку, который заинтересован в расколе рабочего движения? Что за дьявол этот убийца, по милости которого Уивер застревает в старой печной трубе, а известному судье, закрывшему на это дело глаза, отрезают ухо?
Ответ, конечно, находится. Никуда не денешься — это детектив. Но упрямец Бен докопался до другого, более глобального, вопроса: почему убийство не относится к семи смертным грехам…
"Ярмарка коррупции" — так назван роман. Что это такое? Лисс ограничивает это понятие подкупом избирателей. Верно — выборы давно дискредитировали себя как институт, деградировали в лохотрон. Но вопрос, мне кажется, лежит гораздо глубже. Невероятно, но факт — с разрастанием "мягкой" преступности в виде коррупции уменьшается количество "радикальных" форм, таких как убийства. Кровавые улики меркнут там, где деньги как вода… Убивать не аристократично, не модно. Выгоднее стало договариваться, подкупать, разорять, предавать, распространять слухи, продавать долги — чем тупо резать глотки. Смертная казнь отменяется — да здравствуют позорные столбы! Время переписываться с Вольтером, читать Руссо, а вы головы рубите?! Должники содержатся не в ямах, а в долговых домах, где применяются довольно изощренные пытки — в комнате стул, стол, на нем перо и бумага: пишите письма друзьям, пусть приносят выкуп. Время не стоит на месте, рынок предлагает покупателю новые, более совершенные товары. Шантаж становится одним из самых востребованных. В былые времена шпиона ликвидировали бы, нынче можно перевербовать. Сыщики находят ключи больше за и в кулуарах, чем в истерзанных трупах. Но ирония в том, что иногда просвещенного человека, какого-нибудь популярного отца коррупции, народного трибуна может остановить только метод византийских дворцовых переворотов — неопределенная травма со смертельным исходом.
Мэтью Эванса ожидает очная ставка с джентльменом с Карибских островов, прибывшим по секретной просьбе Догвилла…
Бенджамин Уивер вплотную подобрался к разгадке убийства железным прутом…
Пути Эванса и Уивера пересекаются в одной ослепительной точке…
В человеке, не желающем выходить из замкнутого пространства, есть нечто интригующее, как и в предположении, что зло можно удержать на безопасном расстоянии простыми средствами вроде музыки или клейкой ленты.
Даррел Швейцер "Тень смерти"